Мнения, Новости, Общество

Тейфук Гафаров: Меджлису* нужна картинка преследования крымских татар

15 января 251

Что изменилось в Крыму с 2014 года?

«Обзор» начинает серию интервью, приуроченных к пятилетию вхождения Крыма в состав России. Мы пообщаемся с активистами из Крыма и Севастополя, общественными деятелями и депутатами, представителями крымскотатарского народа о том, что произошло на полуострове с 2014 года, оправдались ли их ожидания и какие проблемы на полуострове до сих пор не решены.

Первое интервью – с адвокатом Тейфуком Гафаровым. Сегодня он занимается правозащитной деятельностью и является Президентом Ассоциации юристов Крыма. В 2014-2016 годах Тейфук Рефатович занимал пост вице-мэра Симферополя, а до лета 2014 года руководил юридическим отделом Меджлиса*.

В конце 2019 года вы решили уйти из общественно-политической деятельности, сосредоточившись на правозащитной. С чем это связано? В сегодняшнем Крыму правозащита более востребована?

Все гораздо проще. Мне нравится работа адвоката, ею я занимаюсь с 2017 года. В какой-то момент понял, что хочу больше времени проводит с семьей и заниматься любимой работой, а общественная деятельность занимает слишком много времени и решил сфокусироваться на основной работе, том, в чем реализуюсь больше.

На самом деле до 2014 года общественная деятельность в Крыму зачастую сводилась лишь к обращениям к украинской власти, которая не имела ресурсов, а иногда и желания, что-то менять. За последние пять лет в Крыму решены многие социальные и инфраструктурные вопросы, практически в каждом микрорайоне Симферополя появился новый детский сад, строятся школы, ремонтируются дороги. Проблемы, решения которых крымчане добивались порой десятилетиями, практически закрыты.

Ваше решение стать вице-мэром Симферополя в 2014 году воспринято как неоднозначное. Меджлис*, членом которого вы до этого были, сразу освободил вас от должности руководителя юридического отдела и приостановил членство. На ваш взгляд, решение Меджлиса* было продиктовано исключительно политической повесткой?

Когда летом 2014 года Рефат Чубаров сбежал на территорию Украины, он решил строить свое будущее как депутат Верховной Рады. С тех пор руководство этой организации разъезжает по различным форумам, получает крупные гранты – за эти деньги покупает квартиры, открыло большой офис в Киеве.

Чтобы обосновать свою деятельность перед западными партнерами, им нужна картинка преследования крымских татар. Но она не вяжется с тем, что представитель крымскотатарского народа, на тот момент член Меджлиса*, работает во власти и участвует в качественных изменениях жизни крымчан.

Произошел разрыв шаблона – того, что они заявляют, и реальности – поэтому могли пострадать финансовые интересы руководства. Мне кажется, ответ кроется в этом.

Тейфук Гафаров уверен: крымским татарам нужны не лозунги, а реальные дела

deadline.media

Между нынешним руководством Крыма и Меджлисом* мог выстроиться конструктивный диалог? Что помешало этому в 2014 году?

Весной 2014 года председатель Меджлиса* Рефат Чубаров участвовал в переговорах по включению крымских татар в руководящие органы уже российской власти. Был полный контакт с новым руководством, состоялся ряд встреч на высоком уровне, уже формировались списки назначений. В какой-то момент, может быть духа не хватило, Чубаров понял – нужно не просто митинговать, а идти и работать, брать ответственность за строительство инфраструктуры, решение социальных вопросов, обеспечивать работу коммунальной сферы. Он и его окружение такого опыта не имели, работать на госслужбе сложнее, чем выступать с парламентской трибуны. Это другой уровень ответственности и спроса.

Российская власть была открыта к Меджлису*, все знают – существовал список лиц, которые должны были пойти работать в государственные органы. Кстати, там много интересных фамилий людей, которые сегодня выступают как оппозиционеры, а весной 2014 года видевшие себя на российских постах.

Что повлияло на Рефата Чубарова – я не знаю. Может быть, товарищи из Украины припугнули какой-то информацией из прошлого, может другие причины – итог мы знаем. Он резко сбежал на Украину, где резко сменил риторику.

Что для вас стало главным открытием за два года на посту вице-мэра Симферополя?

На тот момент имел опыт государственной службы, в украинском Крыму я работал в Совете министров. Главным же открытием стал уникальный опыт – новая администрация буквально с нуля формировала новую нормативно-правовую базу. Возникали нестандартные проблемы, с тем же «блэкаутом» (введенной в 2015 году по инициативе Меджлиса* энергетической и продовольственной блокады Крыма), полученный при разрешении которых опыт незаменим.

Главное достижение и главный провал за прошедшие пять лет в Крыму?

Достижений множество. При Украине внимания Крыму практически не уделялось, с 2014 года мы видим качественно другой подход. Перестроена вся инфраструктура от дорог и детских садов до городской среды и больницы. Причем это было не наскоком, а планомерно продолжается все пять лет.

Россия готова финансировать качественные изменения в Крыму, у крымчан появилась возможность решать копившиеся десятилетиями проблемы.

Вторая часть вопроса… «Провал» слишком громкое слово. Я не вижу системных проблем. Отдельные шероховатости бывают, но они есть и в любом другом субъекте России. Я понимаю, как происходят те или иные процессы, потому что сам работал в системе исполнительной власти, более трезво смотрю на происходящее, чем некоторые общественные активисты. Все, что было задумано в 2014 году, в настоящий момент находится в стадии реализации.

А что поменялось в самих крымчанах за эти пять лет?

Украинская власть формировала пассивное отношение – денег в бюджете на вас нет, ничего не реализуется. Сейчас крымчане понимают, что от их активности зависит реальное решение проблем. Между активностью и результатом есть прямая взаимосвязь, ее ощутили как депутаты различного уровня, так и рядовые жители полуострова.

За пять лет в Крыму произошли качественные перемены

oficery.ru

На днях депутат Госдумы Наталья Поклонская подняла вопрос о проблемах с получением жителями Крыма российского гражданства. Сталкивались ли вы как адвокат с такими ситуациями?

Слухов о том, что крымчане не могут установить факт проживания на полуострове для получения гражданства, ходило много. На деле же, и я знаю это из практики, если человек действительно проживал в Крыму, имеются подтверждающие это документы, суды устанавливают факт, он получает российский паспорт.

В моей практике больше других случаев – разночтения в именах и фамилиях в документах, выдававшихся в советские годы. Крымскотатарские имена в переводе на русскую транскрипцию порой искажали, разница даже в одной букве при написании может стать препятствием для получения статуса репрессированного и полагающихся социальных льгот. Многие пожилые крымские татары, лично пережившие депортацию, вынуждены доказывать, что в документах с разночтениями речь идет об одном и том же человеке. Мы с коллегами по Ассоциации юристов Крыма  готовим проект  по оказанию бесплатной юридической помощи для данной категории дел.

Ряд СМИ продолжают писать о преследовании крымскотатарских активистов на полуострове. Вы сталкиваетесь с предвзятым отношением к народу в российском Крыму?

Надо понимать, что многие из этих активистов, ездящие на форумы и другие мероприятия зарубеж, заявляющие о преследовании, спокойно живут в Крыму, ведут здесь бизнес. При этом свободно ездят на Украину или в другие страны, крича о давлении и репрессиях.

В публикациях, о которых вы говорите, чаще всего речь идет о представителях религиозной организации «Хизб-ут-Тахрир»*. Справедливости ради нужно напомнить, что еще Чубаров выступал против ее деятельности, не однократно публично выступал против ее деятельности. После бегства на Украину его риторика кардинально изменилась. Во времена Украины представители «Хизб-ут-Тахрир»* отрицали свое отношение к крымским татарам, а сейчас мимикрируют под народ.

Знаю, что в 2014 и 2015 годах с представителям данной организации Муфтиятом проводилась разъяснительная работа, что ее деятельность в Крыму запрещена. Было достаточно времени, чтобы принять взвешенное решение. Например, некоторые уехали из страны. Но если организация признана террористической, это не оспорено в суде, вопрос встает не о преследовании активистов, а соблюдении законодательства. Ведь ни один из обвиняемых не отказывается от членства в данной организации.

Рефат Чубаров сменил риторику после побега из Крыма на Украину

en.news-front.info

Вопрос с «Хизб-ут-Тахрир»* может быть решен не репрессивными методами?

Не могу давать оценку действиям силовиков, есть вступившее в силу решение суда и мы должны исходить из этого. Вопрос с данной религиозной организацией остается неоднозначным и сложным, лично мне очень жаль семьи, в которых мужей, сыновей или отцов арестовали. Но проблема одного религиозного течения ангажированными СМИ выдается за преследование всех крымских мусульман. Этого и близко нет, данное движение является лишь небольшой частью общины.

Среди крымскотатарского народа уже сделаны выводы, люди со временем поняли, чем вызвана данная ситуация.

 

*Меджлис крымскотатарского народа – исполнительный орган Курултая крымских татар, претендующий на их полномочное представительство. Образован в 1991 году. В апреле 2016 года общественное объединение включено в список экстремистских организаций, запрещенных на территории России.

*«Хизб-ут-Тахрир» – террористическая организация, запрещена в России. Несмотря на ненасильственный характер организации, она также признана экстремистской в Киргизии, Казахстане и Таджикистане.

Новостная рассылка

Вечернее письмо с самым интересным
за день. Без рекламы и спама

Смотрите также
Интересное за сегодня