Аналитика, Мнения, Новости, Политика

«Гадание на кофейной гуще – сейчас главное занятие элит»

10 ноября 617

Мы хотим стать мягкой силой через военный авторитет, а так не бывает – констатирует политолог

Как чувствуют себя региональные элиты юга России и страны в целом накануне президентских выборов? Почему Москва не решается сломать «вертикаль», выстроенную в Крыму Сергеем Аксеновым? Что делать Кремлю с растущим глубинным чувством недовольства и несправедливости у россиян?

Об этом, а также западных санкциях, несостоявшейся «революции» 5 ноября и потенциале регионов ЮФО «Обзор» пообщался с президентом Центра развития региональной политики Ильей Гращенковым:

– Как российские регионы в целом адаптировались к существованию в условиях кризиса и дефицита бюджетов? Есть ли региональные команды, для которых кризис стал толчком к эффективному пересмотру повестки или же все регионы остаются в стагнации?

– Безусловно, есть позитивные примеры. Например, в части снижения госдолга, хороший показатели демонстрирует Ямало-Ненецкий АО, снизивший задолженность на 40%, Иркутская область, снизившая ее на 27%, Воронежская – на 22% и некоторые другие. Эти регионы смогли адаптироваться к условиям кризиса и наращивать собственный экономический потенциал.

При этом перечисленные регионы – они ведь абсолютно разные. ЯНАО это ресурсы, регион с небольшим населением, чуть более полумиллиона человек. Иркутская область – более 2 млн жителей, регион-производитель с развитой экономикой, как и Воронежская область – более 2 млн человек, но другой сектор экономики – аграрный. Мы видим, что главы, их команды, сумели нарастить темпы там, где это было возможно. Если на Ямале это инфраструктурные проекты крупных финансово-промышленных групп,  то в Иркутске это колоссальный рост инвестиций, строительного сектора, экспорта и производства. В Воронеже помимо АПК развивается производственный сектор, строительство.

Очевидно, что знание хозяйственной части, грамотное экономическое планирование – залог успеха в управлении. И тут не важно, молодой ты технократ или опытный политик. Есть понятые методы работы с бюджетом, экономикой региона и этим нужно структурно заниматься.

"Красный" губернатор Иркутской области Левченко развивает регион без денежного дождя из центра

rbk.ru

– Илья Александрович, у многих субъектов страны достаточно высокий госдолг, а бюджеты будут и дальше урезаться. Теперь благополучие зависит от лоббистских способностей губернаторов и их приближенности к внутрикремлевским группировкам?

– Увы, сегодня подход плохо прогнозируются. Последними крупные дотации получили регионы, где власти проявили себя как крайне недальновидные управленцы. Омская область получает 15 млрд рублей субсидий, Хакассия – 6 млрд, Алтайский край – 4 млрд.

Но в той же Хакассии кредитов, причем в коммерческих банках, на 24 млрд рублей. И нет никакой перспективы выправить ситуацию, деньги уйдут на погашение процентов по кредитам. А зачем брались эти миллиарды? На выполнение «майских указов». И вот, поскольку губернатор Виктор Зимин входит в группу влияния Шойгу, ему и денег дают, и он даже собирается на новый срок переизбираться. Так что да, конечно, есть такой путь.

А есть иной, вот, к примеру, иркутский губернатор Сергей Левченко – избранный от КПРФ. У него по многим параметрам рост экономики свыше 100%, но рассчитывать на денежный дождь из центра ему не приходится. И он тащит регион за счет темпов роста, привлечения инвестиций, в том числе иностранных. Несмотря на коммунистический бэкраунд, ему приходится вгрызаться в рынок, как настоящему бизнесмену. И ведь получается! Но вот как бы у этих успешных глав не стали отрезать в помощь тем, кто не справляется. Ведь эта «уравниловка» приведет к тому, что у многих просто руки опустятся.

Эффективность работы волгоградского губернатора Бочарова вызывает вопросы не только у экспертов

kremlin.ru

– Хорошо, а если говорить о ситуации в ЮФО? Где здесь лидеры и аутсайдеры, что на это влияет?

– ЮФО – сложный округ. Все регионы очень разные. Взять хотя бы Краснодарский край, с его 5,5 млн населения. При этом край жутко закредитован – на 143 млрд рублей – и с трудом снижает этот долг.

Ростовская область чуть меньше – 4,2 млн жителей, но тоже очень ресурсный регион. И госдолг здесь существенно ниже, всего 40 млрд рублей. При этом нет таких крупных бизнес-центров, как в том же Краснодарском крае – Сочи и Краснодар, то есть уклад экономики уже несколько другой.

Волгоградская область – третий по численности регион – 2,5 млн человек и уже совсем другая модель. Много степей, значит меньше земель для сельского хозяйства, есть крупные нефтяные предприятия. Объем госдолга 52 млрд – средний, но тяжелый для экономики. Власть, опять же, работает неэффективно, снижается качество управления, растут протестные настроения. Крупные финансово-промышленные группы области, вроде «ЛУКойла» и «Трубной металлургической компании», отошли от внутренней политики.

Астраханская область – чуть более 1 млн населения и тоже другой уклад. Госдолг 26 млрд рублей, но это 135% к доходам бюджета. Для сравнения, в Краснодарском крае – всего 88% к доходам. Да  вообще отсутствие заметного позитива в социально-экономической жизни региона не дает надежды на развитие.

Крым и Севастополь – отдельная тема. Это еще территории до конца не приспособившиеся к нашим реалиям. Много разочарований, много взаимных претензий. Крым обижен, что его финансируют по «остаточному принципу», наши финансово-промышленные группы боятся там работать из-за санкций. А Севастополь и вовсе небольшой город с населением едва ли в 500 тысяч человек, но с федеральным статусом.

Адыгея и Калмыкия – территории со своим укладом. Правда, Калмыкия сейчас развивается бурно, строит логистический комплекс, снабжает мясом даже Москву. Так что да, губернатор Орлов молодец, находит способы как республике заработать. Но, объемы у них, конечно, не те, что у Краснодара.

Так что есть лидеры и есть аутсайдеры, но что бы прорейтинговать их в рамках ЮФО нужно отдельное исследование. Надеюсь, в следующем году мы в Центр развития региональной политики сможет это сделать, как делаем отдельный «Рейтинг власти» по Сибири.

Россия уже продемонстрировала миру "вежливых людей". Настало время мягкой силы

baltimoresun.com

– Недавно вы стали участником конференции «Севастополь как центр «мягкой силы» России в большом Средиземноморье». Сможет ли Крым не только полноценно развиваться в условиях санкций, но и стать инструментом влияния на другие страны?

– Не думаю. У Крыма слишком много собственных проблем и противоречий, которые мы не можем решить даже внутри России. Условно говоря, пока мы сами боимся работать в Крыму, как мы можем говорить о влиянии на другие страны?

Мягкая сила – это давление авторитетом. В этом плане у Крыма есть определенный потенциал, связанный с его историей и устройством. Например, крымские мусульмане могли бы стать центром для диалога в исламском мире, который сегодня поляризован и радикализирован. Крым мог бы стать и культурным центром, если бы власти думали о культуре и искусстве, прежде всего современном. Ведь современное искусство оно во многом  политизировано, при этом оно анархичное, левое. Реляционная эстетика – искусство диалога, вот что могло бы стать началом для вписывания Крыма в международный контекст. Но у нас есть некоторая зацикленность на патриотической модели, военной мощи и так далее, отсюда нет желания создавать мягкую силу через институции культуры. Мы хотим стать мягкой силой через военный авторитет, а так не бывает.

– Продолжается заметная смена политических элит Крыма на чиновников с «материка». Не секрет, что за три года ряд политиков «Крымской весны» конфликтовали не только между собой, но и с федеральным центром. Какой, на ваш взгляд, должна быть здесь политика Москвы?

– Москва не может пока разобраться в Крыму и в этом сила Аксенова – он выстроил «вертикаль», которую боятся сломать. В Севастополе ситуация не проще, так как Овсянникову тяжело работать на территории, которая является лишь небольшой часть республики. Чтобы выполнить обещания, которые были даны жителям Крыма во время его вхождения в состав России, в течение 5-7 ближайших лет нужны 1,5 триллиона рублей. А где их взять? Поэтому чиновников можно менять сколько угодно, но не решены какие-то основные концептуальные подходы, а что мы там хотим получить на выходе?

Митинг Навального в Астрахани. Спор оппозиционера со сторонником Путина

Фоторепортаж Евгения Фельдмана. navalny.feldman.photo

– Попытки оппозиции раскачать протест в регионах все чаще остаются безрезультатными. На сегодняшние митинги Навального приходит меньше людей, чем на первые, мальцевская «революция» 5.11 оказалась фейком. Почему? Это эффективность телевизионной пропаганды или в регионах не видят в сегодняшних лидерах оппозиции своих представителей?

– Протеста как такового нет. Навальный умудряется захватить внимание городской молодежи, но чем дальше от Москвы, тем эта поддержка слабее. Да и не хватает в регионах хороших организаторов. Выводить людей на улицы надо уметь и иметь для этого ресурс – денежный или какой-то другой, не важно. Да и суть протеста сейчас размыта, нет четкой повестки – за что или против чего? Поэтому протеста просто нет. Есть, как всегда, глубинное чувство недовольства и несправедливости у народа. И это очень плохо, так как с ростом этого чувства растет не уровень поддержки оппозиции, а желания мести – тем же чиновникам. Все посадки губернаторов это же заигрывание с эти чувством. Кидание в толпу бояр. Но бояре начинают быстро заканчиваться тогда, когда их требуют все больше. Поэтому пропаганда здесь ни при чем. Настроив россиян против США, никто не консолидировал их для чего то позитивного. А ведь именно это требуется для той самой мобилизационной экономики, к которой мы якобы идем.

– Усиление западных санкций, очевидно, направлено на создание конфликтной ситуации между руководством страны и элитами, хранящими за рубежом свои капиталы, вывезшими туда семьи. При этом элиты, благодаря увеличению бюджетной поддержки, сегодня еще не идут на прямой конфликт. Вы согласны с тем, что усиление санкций в их нынешнем виде не окажет решающего влияния на настрой элит против руководства страны?

– Мне кажется, терпение элит уже на пределе. И тема санкций очень болезненная. Например, члены коалиции федеральных финансово-промышленных групп, исходящие из того, что экономика России зависит от связей с Западом и «бодание» с ним может привести к ее краху, очень напряжены. Тот же «Ростех», например, удручен ситуаций с новыми санкциями Евросоюза против России за поставку Siemens турбин для ТЭЦ и отказом этой компании присылать специалистов для их установки (после того, как выяснилось, что турбины были перевезены в Крым), а также с отказом чешских компаний от поставок оборудования и комплектующих для «Уралвагонзавода». Поэтому санкций никто не хочет и каждый новый шаг Запада в этом направлении – очень нервирует те элиты, завязанные на Запад.

Предвыборная кампания Собчак стало поводом для слухов о потенциальном преемнике Путина

gradator.ru

– С каким настроением региональные элиты встречают мартовские выборы?

– Все в растерянности. Идет ли Путин на эти выборы? И если да, то надолго ли и с какой повесткой? Чего ждать? Все дезориентированы и ждут хоть какого-то разрешения ситуации. А оно все не наступает. Многие молодые губернаторы из назначенных так называемых «технократов» и вовсе лелеют мечту, что если они хорошо проведут выборы, то их вернут в Москву на новые должности – с повышением. А те элиты, которые потеряли влияние и власть ждут, что будет после марта – если Путин останется, то надолго ли? И кто будет его преемником, условный Дюмин или Собчак? Или не будет преемника, а будут более-мене свободные выборы между тем же Дюминым, Собчак и, допустим, Кудриным? Вот это гадание на кофейной гуще сейчас главное занятие элит. Все читают телеграмм-каналы.

Новостная рассылка

Вечернее письмо с самым интересным
за день. Без рекламы и спама

Смотрите также
Интересное за сегодня