«С закрытием программы „Краснодару — столичный облик“ столица Кубани потеряла ежегодно порядка 3 млрд рублей, а обвинения сыплются на сам город»

07 июня 2017, 22:41
824

«С закрытием программы „Краснодару — столичный облик“ столица Кубани потеряла ежегодно порядка 3 млрд рублей, а обвинения сыплются на сам город» Владимир Евланов фото: krd-kprf.ru

Депутат Государственной думы РФ, бывший мэр Краснодара Владимир Евланов дал большое интервью южной редакции портала «ФедералПресс». В нем он рассказал о законотворчестве, стройках и дорогах, отношении к критике, судьбе Краснодарского транзита и наземного метро, а также о собственном политическом будущем. «Обзор» приводит материал полностью, в качестве мнения эксперта.

— Прошел неполный год, как вы избраны в Госдуму. Расскажите, чем вы там занимаетесь? И что из этого имеет отношение к Краснодару?

— В Государственной Думе я состою в комитете по экономической политике, промышленности, инновационному развитию и предпринимательству. Это один из главных комитетов. Кроме того, в его рамках возглавляю экспертный совет по вопросам законодательного обеспечения экономического развития муниципальных образований. Работаем над тем, чтобы улучшить федеральное законодательство в части возможностей развития муниципалитетов — городов и районов.
Считаю, что на сегодняшний день этот вопрос менее всего проработан, мало ему уделяется внимания. И здесь сокрыто множество возможностей для улучшения состояния экономики муниципалитетов. Этот экспертный совет организован по моей инициативе. А в его составе, помимо меня, мои коллеги, ранее бывшие главы крупных городов. Поэтому рассчитываю, что мы многое сделаем как раз в части экономики муниципалитетов.

— О необходимости изменения межбюджетных отношений вы активно говорили в период предвыборной кампании. Хотелось бы узнать, как идет работа в этом направлении сейчас?

— Я всегда был недоволен тем, что собственно городской бюджет не в состоянии обеспечить потребностей муниципалитета. Тем более тогда, когда помощь региона городу слабая. В данной ситуации находится и Краснодар.

Единственная региональная программа «Краснодару — столичный облик», которая серьезно работала на город до позапрошлого года, была закрыта. Таким образом, столица Кубани потеряла ежегодно порядка 3 млрд рублей дополнительных доходов, которые бы пошли на ремонт или постройку новых дорог, школ, детских садов. При этом обвинения как из рога изобилия сыплются на сам город. Но решить эти проблемы он не сможет никогда, если ему не будет помогать субъект федерации. Тем более, что сам Краснодар обеспечивает до 40% консолидированного бюджета края. Больше 80 млрд рублей от города поступают в краевую казну. А Краснодару остается 13,5 млрд рублей, плюс субвенции на исполнение гособязанностей.

— На чем, на ваш взгляд, было бы правильно сделать акцент в развитии муниципальной экономики. На том, чтобы любой город сам зарабатывал и сам тратил (тем самым изменив систему межбюджетных отношений) или на том, чтобы муниципалитетам активнее помогал федеральный бюджет?

— Во-первых, федеральный бюджет оказывает помощь не муниципалитетам, а субъектам федерации. Поэтому в уже принятом в прошлом году федеральном бюджете на 2017 год предусмотрена экономическая помощь субъектам федерации. И в качестве субсидий, и в качестве возможности предоставления межбюджетных кредитов регионам. Таким образом, освобождая субъекты федерации от платы по коммерческим кредитам. Насколько я знаю, Краснодарский край уже перевел значительную часть своих коммерческих кредитов на межбюджетные, тем самым высвободив достаточно большие финансовые ресурсы, которые раньше шли на погашение процентных ставок.

И если говорить о том, что посильная помощь производится всем субъектам федерации за счет федерального бюджета, предполагается, что такая же посильная помощь должна оказываться и регионами для муниципалитетов. Но федеральное законодательство сегодня не прописывает детально тех обязательств, которые должны быть между регионами и муниципалитетами. То есть, та или иная губернаторская команда может выделить деньги своим городам и районам, а может и не выделять. Так, в последнее время, не смотря на просьбы Краснодара перевести кредиты коммерческие на кредиты, которые бы дал субъект федерации — реакции не было. Рад, что подвижка недавно случилась. Знаю, что в последнее время край выделил 1 млрд рублей на погашение кредиторской задолженности (которая до этого составляла около 4 млрд рублей).

Во-вторых, на уровне принятия бюджета РФ при определении помощи в погашении кредитов регионами сразу необходимо устанавливать норматив тех возможностей, которые муниципалитет мог бы иметь по своему кредитованию от федерального и регионального бюджетов. Чтобы были определенные обязательства по финансовой помощи, от которых бы регион не мог отказаться. Сейчас через экспертный совет мы готовим целый ряд законодательных инициатив, чтобы эту ситуацию вынести на рассмотрение парламента.

В том числе, сегодня мы начинаем со стратегического планирования. Что это такое? Существующий сегодня закон о стратегическом планировании детально прописывает требования к стратегиям экономического развития на федеральном и региональном уровнях. Но в отношении муниципалитетов просто прописана возможность иметь им планы стратегического развития. Добавлю, что Краснодар имел всегда первенство в России в части оценки стратегического развития своей территории. Другие города не имели. Но при всем при этом нам это ничего не давало. Региональный стратегический план должен учитывать потребности городов, чтобы развитие региона влекло за собой развитие муниципалитетов. И если эта связка отсутствует, то региональный стратегический план будет неточным и не осуществимым, а муниципальный фактически ненужным, потому что никаких последствий в плане той же предусмотренной помощи от края на достижение стратегических целей города он не несет.

Кроме того, в стратегическом плане муниципалитета необходимо обязательное выделение точек роста. Так, например, Краснодар является агрогородом, центром аграрного региона. А значит у нас должна развиваться перерабатывающая сельскохозяйственная промышленность. То есть, мы должны знать, какие производства у нас вырастут, в течение 10-20-летнего периода. Планировать количество рабочих мест, уровень заработной, платы, качество продукции. И это только один пункт стратегического плана. Важно, чтобы стратегия города была «вписана» в региональную, как региональные в федеральную. Этого на сегодняшний день нет, и мы рассчитываем существующий пробел исправить.

— Во время своей кампании вы также поднимали вопрос с Краснодарским транзитом. На какой стадии проект находится сейчас?

— До сих пор считаю, что этот проект по-прежнему важен и нужен. Знаю о том, что сегодня политика краевой власти (увлекшей и муниципалитет) отошла от этой стратегии. Но обсуждаемый сейчас проект наземного метро в Краснодаре, на мой взгляд, в случае реализации окажется нерентабельным. И он не решит проблемы, которые мог бы решить Краснодарский транзит.

Но цена вопроса уже в то время, когда его проектировали, составляла 30 млрд рублей. Сегодня стоимость, скорее всего, выросла уже до 50 млрд рублей. Этот проект нужен, он окупаем. Его можно было бы реализовать с помощью государственно-частного партнерства. Но на сегодняшний день не рассматривается, все документы находятся в РЖД, а вопрос отложен на определенное время.

— Возможно, было бы более продуктивно оставить масштабные транспортные проекты до лучших времен, а делать, например, переезд или путепровод?

— Это разные вещи. Одно не поможет другому. Все это должно быть постоянно в развитии. Мы отказались от проекта с развязкой на Ставропольской и Старокубанской. Хотя это важный и нужный объект. Причем она не только развязывала бы этот перекресток, но предполагала продолжение в виде моста через Кубань на объездную дорогу в Адыгею. По идее, транспорт мог не продолжать свое движение по Ставропольской (до выхода в сторону аэропорта), а мог уйти вправо через реку на другой берег. Тем самым, мы бы разгрузили большую часть города. Но сейчас говорить о проекте нет смысла, все остановлено. Та же ситуация и с мостом. Тоже планировали, тоже разработан проект, затрачены деньги. Однако от них отказались в связи с экономическими проблемами.

— Так все-таки, по вашему мнению, сегодня стоит пытаться получить деньги от федерального центра на ту же трехуровневую развязку и другие масштабные проекты или стоит сосредоточиться на менее затратных и более локальных вещах?

— Здесь одно связано с другим. Конечно, нельзя остановить жизнь. И сегодня, когда нет средств вообще, нужно заниматься локальными проектами. Хотя бы провести ямочный ремонт в городе, закончить улицу Новороссийскую, которая в хорошем состоянии в модернизированной части, а дальше по ней ездить нельзя. Та же ситуация с улицей Тургенева, по которой было сделана часть работ. Частично была сделана и Восточно-Кругликовская. И еще есть десяток таких улиц, начатых и незаконченных. Сегодня нужно закончить начатое и привести в порядок действующие дороги.

Также нужно привести в порядок вопрос с очисткой города, который не реализован до конца (правда, это связано с внедрением нового федерального проектас региональным оператором по вывозу ТБО). Сегодня в порядок, в первую очередь, должно быть приведено то, чем сейчас пользуются горожане.

— Но ведь программу закрыли, поскольку она использовалась неэффективно и были выявлены нарушения…

— Закрыли, потому что не было денег. Край, таким образом, фактически уменьшил свои расходы. При этом, если оценить эту программу (сколько лет она работала) и рассчитать количество выявленных в ней нарушений, то получится мизер.

С помощью разговоров о нарушениях создались предпосылки к ее закрытию. Но таким образом прекратили в городе строительство дорог. Программа не работает два года. Все что весомое было в городе сделано — сделано благодаря ей. За десять лет это 20 с лишним реконструированных дорог, десять построенных школ, 20 с лишним детских садов. То, что связано с нарушениями должно объективно расследовано, виновные привлечены к ответственности, но пострадало ведь дело правильное.

По действовавшей еще тогда программе, был начат ремонт кинотеатра «Аврора». То, что он не закончен, связано с тем, что программу закрыли, а строителям (начавшим работы и купившим материалы) перестали платить. Сегодня, чтобы привести в порядок кинотеатр нужно затратить в два раза больше средств, чем должно было быть изначально.

— На момент, когда программу закрывали, пытались ли донести до руководства края информацию о том, что за собой повлечет подобное закрытие?

— Конечно, пытался. Наверное, вы знаете о сессии депутатов заксобрания края, где я отчитывался по программе. Я говорил, о том, что это программа крайне важна для города. И если она не будет реализовываться, Краснодар попадет в ситуацию, когда обсуждать будут лишь сделанное раньше. А все остальное закончится, потому что никаких денег не будет. Ведь помощь края городу была через эту программу. Я пытался довести это до краевых властей и лично, и публично.

— Еще один вопрос к вам по строительству. Почему так мало реализовано проектов комплексной застройки, когда вы были мэром?

— Я бы так не сказал. Их достаточно много. Другое дело, что по тем законом, которые действовали, комплексная застройка не предполагала участие застройщиков в строительстве социальных объектов. Сейчас даже на уровне российской федерации до сих пор нет каких-либо внятных законов, обязывающих застройщика строить социальную инфраструктуру. Сейчас это все забота власти. Любая построенная школа-либо возводится за бюджетные деньги, либо потом выкупается. Все построенные на сегодня застройщиками объекты социальной инфраструктуры в Краснодаре — выкупленные, а не переданные.

Если строители будут передавать это без выкупа, значит строительство школы, поликлиники, больниц и детского сада будет входить в цену квадратного метра жилья. А у нас действовала программа доступного жилья, которая учитывала каждый рубль отвлеченных средств от строительства. И большинство покупателей недвижимости считали свои деньги и не хотели за счет собственных средств строить социальные объекты. В плане застройки того или иного микрорайона предусматривалось строительство определенного количества домов, а также рассчитанного на них определенного количества социальных объектов. Земля под них обозначивалась. Она и до сегодняшнего дня есть. Другой момент, что не было денег для строительства школ и поликлиник. Расчет был на то, что это будет в программах по развитию этих территорий.

Сегодня у властей к застройщикам новые требования. При строительстве жилых домов требуют параллельно строить и социальные объекты. В итоге, на данный момент строительные компании из города убегают. Они уехали в Ростов, Ставрополь, Адыгею. Их там прекрасно принимают. А мы со своими запросами фактически строительство сокращали. Кому от этого легче? Не знаю. Скоро избыточное жилье будет куплено, и на квартиры появится очередь. А дальше снова станет проблема развития города.

Так вот, чтобы строились социальные объекты у застройщиков, должно быть понимание, что город их выкупит после постройки. В итоге сейчас муниципалитет смотрит на край, а регион смотрит на федерацию. Этот вопрос только начинает разворачиваться в России в целом. Это беда не только Краснодара — это проблема для всех городов страны, где велась большая стройка. Средств на строительство социальных объектов инженерной инфраструктуры нет ни у кого. Собственно, во многих городах страны сейчас идет пересмотр генпланов, многие из которых отстали от жизни. От жизни отстала и законодательная база. И сегодня идет поиск путей решения данных проблем.

— А вы обращаете внимание на критику в интернете? Смотрите ли то, что про вас пишут блогеры?

— К критике отношусь нормально. Если бы относился панически, то меня бы давным-давно не было. А критики полно.

Но отмечу другое. Осенью будет почти год, как я избирался депутатом в Госдуму. Сейчас Краснодар, по сути, стоит в том виде, который он приобрел за последнее десятилетие во время моего руководства муниципалитетом. Все последние годы Краснодар был довольно перспективным, развивающимся городом. Он лидировал во всех рейтингах. Сегодня Краснодар, по-моему мнению, теряет в своем развитии.

Но я рассчитываю на то, что сегодняшние меры, принимаемые в городе и в крае в части развития законодательной деятельности, улучшения условий для ведения бизнеса, для градостроительства и так далее, приведут к тому, что Краснодар продолжит свое развитие. Я за свое время для города что-то сделал. А дальше буду стараться помогать новому руководству в том, чтобы он развивался дальше.

— К слову, как идет координация с новой командой мэра Краснодара?

— Я каждую региональную неделю планирую свой приезд в город и проведение разных совещаний. В первую очередь — с осуществлением партийных проектов по разным направлениям. Каждый мой приезд связан с осуществлением контроля по линии партии за реализацией партийных программ. Это касается и социалки, и ЖКХ, и строительства, и обманутых дольщиков и т. д. Этими делами я сегодня занимаюсь, взаимодействуя с Евгением Первышовым (мэр Краснодара, — прим. ред.). У нас есть понимание.
Партийная площадка — это в первую очередь, но также общаемся и по поводу обращений граждан. У меня их меньше не стало после того, как я был избран депутатом. Все люди, общавшиеся со мной ранее, продолжают это и сейчас. В том числе, и по вопросу нерешенных проблем, например, обманутые дольщики. Вместе с сегодняшней администрацией мы пытаемся искать пути, чтобы довести начатое до конца.

— Что вы считаете своим главным достижением, а где потерпели неудачу на прошлой должности?

— Я уже сказал, что по многим рейтингам российских городов Краснодар занимал передовые позиции. И самими жителями он всегда оценивался как лучший город. Даже в этом году 83% участвовавших в федеральном опросе краснодарцы сказали, что им нравится жить здесь по многим показателям.

Но, как и везде, здесь есть решенные и нерешенные вопросы. Бурное развитее города (а за время моего руководства число жителей увеличилось на 350 тыс. человек, т. е. на одну треть) приводит к тому, что не все вопросы решены. Особенно это касается новостроек и новых районов, где не всегда идет комплексное развитие. Чего я не достиг и чего не сделал — это того, что не по всем направлениям шло одинаковое развитие. Какие-то направления ушли вперед, а какие-то отстали.

— И в завершение хотелось бы спросить, как вы видите свое политическое будущее?

Политическое будущее, наверное, закончится вместе с моим мандатом в Госдуме. Ведь уже в этом августе мне будет 69. Я уже не молодой человек, чтобы планировать на далекую перспективу.

Но в течение этого времени планирую уделять особое внимание развитию законодательства для муниципалов. Чтобы муниципалитеты могли развивать свои города и районы при определенной поддержке регионов. Потому что без помощи субъекта федерации развиваться невозможно. Примером того является наша деятельность с Александром Ткачевым. Он видел перспективу развития столицы Кубани: как экономического, промышленного, энергетического, финансового, транспортного, образовательного центра и это требовало от нас выстраивать вертикаль тесного и эффективного взаимодействия между столицей региона и руководством края. Если бы мы еще пару лет поработали, и существуй работающая программа развития Краснодара — удалось бы добиться значительно большего. На мой взгляд, важнейшая задача моего преемника — учесть опыт предшествующего времени, выстроить позитивные и перспективные взаимоотношения с краевой властью.

 

Владимир Евланов
Pеклама

Новостная рассылка

Вечернее письмо с самым интересным
за день. Без рекламы и спама

Смотрите также
Интересное за сегодня