O.
Новости

«Шамиль вел две войны: с Россией и местной аристократией»

Первый наместниц возрожденного Кавказского наместничества Михаил Воронцов познакомил горцев с другой империей – не левиафаном, разрушающим аулы, а государством, организующим учебные заведения и научные общества

Фото: Падение Вельяминовского форта. www.kavkazr.com

23 декабря 1193

Согласитесь, самую длинную в истории нашей страны войну – Кавказскую – нечасто обсуждают в публичном пространстве. Кто-то боится напрашивающихся современных параллелей, другие не хотят будоражить боль одной стороны и героизировать победу другой, третьи просто не понимают, как в связи с сегодняшними вызовами интерпретировать драматичную страницу прошлого. Но утверждать, что память этой войны притупилась, неверно. Каждый год и черкесы, и казаки проводят траурные мероприятия, вспоминая участников сражений 150-летней давности.

Тем актуальнее недавно вышедшая в серии «Что такое Россия» издательства «Новое литературное обозрение» книга ростовского историка Амирана Урушадзе «Кавказская война. Семь историй». В ней автор рассказывает не о походах, покорении или сопротивлении, а многоликой истории человека среди крови, героизма и грязи войны.

Франц Рубо. Штурм аула Гимры. 1891 г. Дагестанский музей изобразительных искусств

svistanet.com

Амиран  Тариелович – доцент кафедры Отечественной истории Южного федерального университета, член Вольного исторического общества, специалист по истории вхождения Кавказа в состав Российской империи – рассказал о новой книге, прошлом и настоящем Кавказа в интервью порталу «Обзор»:

– «Кавказская война. Семь историй» – повествование о семи героях, у каждого из которых своя правда об одной из самых драматичных и неоднозначных страниц российского прошлого. Кто из этих героев – «немирный горец», казак, перешедший на службу русским горец, ветеран-«кавказец», наместник Воронцов, Шамиль или Николай I вам, как человек, симпатичнее?

– Мне почти одинаково симпатичны все герои книги. У каждого из них свой голос, своя история. Николаю I Кавказская война досталась по наследству, на ее фоне прошло все его царствование. Император отчаянно стремился закончить войну: лично разрабатывал планы военных операций, перебирал ответственных администраторов, ездил в 1837 году на Кавказ. Но ничего не помогло, Николай Павлович не увидел завершения войны на южной окраине.

Михаил Лермонтов, Григорий Гагарин. Эпизод из сражения при Валерике. 1840 г. Русский музей

www.tarhany.ru

Горец сражался за свободу, которой угрожала военно-бюрократическая машина Российской империи, лишившая его имущества, семьи, заставившая покинуть родной дом. Выдающимся предводителем непокорных горцев был имам Шамиль, который не только воевал с царскими генералами, но и пытался устроить жизнь горцев на основе шариата. Шамиль вел две войны: одну с Россией, а другую — со старой северокавказской аристократией, часть которой активно поддерживала империю. Многие представители этой элиты сделали блестящую карьеру в российской армии и администрации, стали горцами на русской службе. Они оказались людьми с расколотой идентичностью, балансирующими между долгом «белому царю» и этнической солидарностью. Зачастую это оборачивалось крутыми поворотами в их судьбе. Самый яркий пример — осетин Муса Кундухов, который дослужился в российской армии до генерала, но полностью разочаровался в имперских порядках и уехавший в Турцию. В Русско-турецкую войну Кундухов воевал против бывших сослуживцев, хотя и без большого успеха.

Кавказская война сформировала особенную корпорацию – «настоящих кавказцев». За этим определением Лермонтова стоит фигура солдата и/или офицера Отдельного Кавказского корпуса, для которых война с горцами превратилась в образ жизни. «Настоящие кавказцы» научились выживать в тяжелых условиях горной войны, узнали обычаи и язык своего врага, который стал для них менее опасен и непредсказуем, чем офицеры-гастролеры, прибывшие на Кавказ за заветными крестами и гробившие подчиненных в бездумных атаках.

Терского и черноморского казака с горцем поначалу связывали относительно мирные взаимовыгодные отношения, но интересы империи навязывали логику противостояния, вражды.

– Вы не представили еще первого кавказского наместника Михаила Воронцова.

– Должен признаться: именно Воронцов вызывает у меня наибольший интерес. Для наместника Кавказская война была не только противостоянием с горцами, но и столкновением с петербургской бюрократией, пытавшейся ограничить беспрецедентную власть Воронцова, которую сравнивали со всевластием екатерининского фаворита князя Григория Потемкина.

Петр Грузинский. Оставление горцами аула при приближении русских войск. 1872 г. Русский музей

svistanet.com

– О Кавказской войне, растянувшейся как минимум почти на весь XIX век, сегодня почти не говорят. Есть майский День памяти и скорби черкесов, темой занимается научное сообщество, но в широком публичном пространстве она почти не присутствует. Почему?

– Да, на государственном уровне о Кавказской войне почти не говорят, оценок избегают. Кажется, только Борис Ельцин в далеком 1994 году вспомнил о ней в своем обращении, приуроченном к 130-летию окончания Кавказской войны. Но в этом нет ничего удивительного, ведь таким же молчанием власть обходит и другие крупные исторические события. Даже вековой юбилей революции не получил каких-либо комментариев и прошел почти незамеченным. Государство озабочено только памятью о Великой Отечественной войне, которая предлагается в качестве осевой идеи национального единства.

– И в продолжение вопроса. С начала 2000-х в Краснодарском крае открыли ряд памятников участникам Кавказской войны – генералу Зассу в Армавире, адмиралу Лазареву на одноименной станции в Сочи, командиру отдельного Кавказского корпуса Ермолову в Пятигорске. Их открытие вызвало неоднозначную реакцию у местной общественности. Такие монументы нужны или же они больше выступают в роли раздражителей?

– Генерал Григорий Засс — одиозная фигура Кавказской войны. Даже современники из числа русских офицеров чурались его методов «умиротворения», которые заключались в жестоких набегах, тотальном разорении черкесских селений, истреблении населения. Горцев он считал «полудикими варварами», которые признают только силу и покоряются лишь страху. В этом он преуспел, его действительно боялись. Засс не та личность, которой следует устанавливать памятники на Северном Кавказе. Памятник – это ведь не просто дань истории. Он всегда устремлен в будущее, задает определенные ценностные ориентиры обществу. В чем ценность образа генерала Засса и его деятельности для будущего? То же самое и с памятниками генералу Алексею Ермолову, которые недавно установили в Минеральных Водах и Пятигорске. Они справедливо воспринимаются частью местного населения как знак покорения, подчинения и вызывают раздражение, которое выплескивается, в том числе, и на сами монументы. Например, минераловодского Ермолова в 2011 году облили краской.

Джордж Доу. Портрет Михаила Воронцова. Военная галерея Зимнего Дворца, Эрмитаж

topwar.ru

– На ваш взгляд, кто – Воронцов, Ермолов или Паскевич – оказался эффективнее и мудрее в своей попытке интеграции Кавказа в Россию?

– Для меня, безусловно, Воронцов. Он первым из российских начальников на Кавказе предложил коренному населению альтернативу войне. Именно он познакомил население края с другой Российской империей – не левиафаном, разрушающим аулы, а государством, организующим учебные заведения и научные общества, открывающим театры и библиотеки. Конечно, нельзя преувеличивать масштабы воронцовских культурно-просветительских преобразований, они затронули небольшую часть местного населения. Однако по сравнению с предшествующим временем это был гигантский шаг вперед.

Первый кавказский наместник создал целую сеть учебных заведений для мусульман. Сначала в Тифлисе, а затем и в других городах наместничества открылись отдельные мусульманские училища для суннитов и шиитов. Их выпускники отправлялись служить на более выгодных условиях, чем окончившие учебный курс в других учреждениях. При Воронцове регулярной стала практика обучения «кавказских» выпускников в столичных университетах и институтах. Ежегодно несколько десятков молодых людей с южной окраины становились студентами Санкт-Петербургского университета, Московского университета, Императорской академии художеств, Лазаревского института восточных языков. Воронцов определил эффективную программу вхождения Кавказа в пространство империи Романовых, которой придерживались и его наиболее талантливые сменщики на посту кавказского наместника: Александр Барятинский и великий князь Михаил Николаевич.

Добавлю, что Воронцов — один из немногих российских администраторов, которые оставили по себе добрую память. В Грузии он — самый любимый русский, а в разговорах грузинских интеллектуалов иногда даже обсуждается идея восстановить памятник царскому наместнику: в 1922 году его, советизируя страну, снесли большевики.

Рихард-Карл Зоммер. Имам Шамиль на Кавказе. Частная коллекция.

holsta.net

– В советской историографии имам Шамиль объявлялся агентом зарубежных разведок. Сегодня также популярно говорить о попытках «наших западных партнеров» влиять на внутреннюю политику и в России, и на постсоветском пространстве. Насколько существенным, по вашей оценке, было влияние Британской империи и Франции на Северо-кавказский имамат Шамиля?

– В советской исторической науке все было не так просто. В 1920 – 1930-е годы преобладали комплиментарные оценки Шамиля. Его называли «дальновидным вождем», «талантливым руководителем». Положительно оценивалось и движение горцев, которое называли то «антифеодальным», то «антиколониальным». Эта система оценок выстраивалась вокруг публицистических произведений Маркса и Энгельса, написавших немало газетных статей и заметок о войне на Кавказе и сочувственно относившихся к борьбе горцев с «отсталой» и «реакционной», по их мнению, Российской империей.

– Но затем господствующая оценка кардинально изменилась.

Культ Шамиля начал тускнеть только во второй половине 1940-х годов. Решающим обстоятельством была идейная атмосфера послевоенного советского общества. Советский народ сплотился в борьбе с фашизмом и победил его страшным напряжением всех сил. Людей вдохновляли образы известных исторических героев, которые противостояли внешней угрозе – Александр Невский, Суворов, Кутузов. Шамиль никак не вписывался в этот ряд: горцы под его руководством сражались против российской армии. Поэтому сначала имама перевели в разряд героев второстепенных. А с 1947 года культ Шамиля, сложившийся до того в советской исторической литературе, подвергся решительному развенчанию. Шамиля объявили организатором изуверского религиозного движения, которое встало поперек «прогрессивного» вхождения народов Северного Кавказа в состав Российского государства. Особенно усердствовал первый секретарь ЦК Компартии Азербайджана Багиров, который опубликовал несколько громких обличительных статей. Именно тогда Шамиля объявили послушным орудием «английских колонизаторов». Такой подход оказался особенно актуален в условиях начавшейся «холодной войны». После смерти Сталина наметился осторожный отход от багировских установок, хотя они по инерции оставались сильны еще долгое время.

Думаю, нет оснований говорить о каком-то значительном английском или французском влиянии на сопротивление горцев под руководством Шамиля. Англичане действительно пытались оттянуть установление российской гегемонии на Кавказе, но их влияние ограничивалось Северо-Западным Кавказом, вернее черноморским побережьем. Шамиль же рассчитывал на помощь турецкого султана, особенно в годы Крымской войны. Однако после сокрушительных поражений турок при Ахалцихе и Башкадыкларе в 1853 году стало ясно, что эти надежды обречены.

Алексей Кившенко. Сдача Шамиля князю Барятинскому. 1880 г. Центральный военно-морской музей

– Ключевая ошибка царской России в ходе Кавказской войны.

– Она была совершена осенью 1860 года. Тогда приняли решение о выдавливании адыгов Северо-Западного Кавказа из мест традиционного проживания. Как минимум полмиллиона черкесов покинули родные места и отправились в Турцию. Многие погибли в пути или в ожидании турецких транспортных кораблей. Очень скоро стало ясно, что новые колонисты – казаки и крестьяне – не могут вести на новом месте правильное хозяйство. Когда-то цветущий край превратился в заброшенный угол. Исправлять ситуацию российской администрации пришлось долго и дорого. Сегодня трагедия мухаджирства остается неизжитой травмой исторического сознания адыгов.

– В Кавказской войне поставлена точка парадом на Красной Поляне в 1864 году?

– Кавказская война не имеет четких хронологических рамок, в ее истории нет дат официального объявления войны и заключения мира. Поэтому привычная датировка 1817–1864 годами является условной. После 1864 года на Кавказе продолжались волнения, которые имперская администрация быстро подавляла.

Приведу несколько примеров. В 1865 году восстало население Кайтаго-Табасаранского округа, в 1871 году бунтовал Западный Дагестан, в 1877 году заполыхали и Дагестан, и Чечня. Начало XX века на Кавказе было еще более беспокойным. События, вызванные революцией 1905 –1907 годов, здесь получили большой размах. Предпоследний кавказский наместник Илларион Воронцов-Дашков с большим трудом контролировал ситуацию. Кавказские абреки стали большой проблемой для коронной администрации. Особенно удачлив и популярен в народе был легендарный Зелимхан Харачоевский.

Поэтому, при желании, можно выстроить концепцию «долгой» Кавказской войны: с Персидского похода Петра Великого до абрека Зелимхана. Однако, думаю, это напрасный труд. Многочисленные конфликты на Кавказе имели различную природу. Петр Великий не стремился инкорпорировать Кавказ в состав России, ему было важно установить контроль над Прикаспийскими территориями. Задача «умиротворения» Северного Кавказа стала для Российской империи актуальной только после присоединения Восточной Грузии в 1801 году: ведь нужно было контролировать коммуникации с новой провинцией. Восстания рубежа XIX–XX веков были вызваны, в основном, не стремлением поколебать российский суверенитет, а произволом и несправедливостью местных властей.

Подписка на рассылку

Одно письмо с самым интересным за день. Вечером.
Без рекламы и спама.

Смотрите также
Интересное за сегодня
«Исторический фонд здесь будет полностью уничтожен»
Аналитика, Мнения, Новости, Общество

Лепнина на фасадах доходных домов и балкончики купеческих особняков, ажурные кованые ворота и козырьки – после реставрации все это могло стать фишкой Ростова-на-Дону, которой нестыдно похвастать перед приехавшими сюда иностранными болельщиками Чемпионата мира по футболу

16 июня 877

После гибели женщины на набережной Геленджика установят общественные туалеты
Новости, Общество

В ходе проверки выполнения данных ранее поручений по благоустройству набережной в Геленджике глава города-курорта Виктор Хрестин определил вместе с подчиненными несколько дополнительных мест для установки уличных общественных туалетов

17 июня 395

Пятиэтажный самострой снесут в Хасавюрте
Новости, Общество

По иску прокуратуры Хасавюрта городской суд возложил на застройщика обязанности по сносу незаконно возведенного пятиэтажного многоквартирного дома по улице Датуева

16 июня 301

Ехавших на ЧМ-2018 болельщиков из Швейцарии чуть не обстреляли на Донбассе
Новости, Общество

Решившие самостоятельно добраться на автомобиле в Ростов-на-Дону, где на поле ЧМ-2018 выйдут швейцарские и бразильские футболисты, пятеро болельщиков из Швейцарии

16 июня 192

Расходы на питание официальных делегаций увеличат в администрации Волгограда
Новости, Общество

Администрация Волгограда предлагает изменить решение городской думы «О нормах расходов на прием и обслуживание делегаций и отдельных лиц, прибывающих по приглашению органов местного самоуправления Волгограда», разрешив администрации города-героя с 2019 года увеличивать размер расходов на питание прибывших в Волгоград официальных делегаций

17 июня 192