Примечание для прокуратуры: можете сразу читать со второй главы — соль начинается там.

I

К 80-й годовщине 1937-го как-то пугающе резко обозначились отдельные параллели с эпохой Большого террора. Ну это вот всё: смерть Мандельштама в бараке Севвостлага, убийство Михоэлса чекистами в имитации автокатастрофы, расстрел Мейрхольда. Сегодня — арест худрука «Гоголь-центра» Кирилла Серебренникова (домашний), арест директора РАМТа Софьи Апфельбаум (домашний), наконец, подозрения ФСБ касательно замдиректора Красноярской краевой филармонии Станислава Люмаса (по версии следствия, проводил сомнительные комбинации с аффилированными юрлицами).

Но если Осип Эмильевич хотя бы сочетал «суровость Тютчева с ребячеством Верлена», а предъявлять Всеволоду Эмильевичу хищение казённых средств Гостеатром имени Мейерхольда (Мейерхольд управлял театром имени себя, да) не решились даже бериевские следователи, — то нынешних мастеров культуры арестовывают не за «преступление мысли» и даже не за работу на Бухарина-Троцкого и Госдеп, а за банальные, пошлые финансовые растраты.

Поневоле подметишь печальную разбалансировку. 70-80 лет назад государство было кровожадным, однако имело эстетику: венецианское палаццо работы Жолтовского на Смоленке или цветной фрагмент пляски опричников в чёрно-белом фильме Эйзенштейна «Иван Грозный» (его ещё обсуждают лагерные интеллигенты в «Одном дне Ивана Денисовича») — похоже, лучшее, что досталось нам от Советов. Тогда как сейчас на дворе вегетарианский (по сравнению с прежним) режим — и стозевно-пучеглазое церетелевское барокко, ряды двадцатиэтажных панелек до горизонта, независимый американский журналист Майкл Бом, за 150 тысяч целковых в месяц отстаивающий с телеэкранов «точку зрения США».

Поэтому нынешний театральный погром, в полном соответствии с эпохой постправды и постмодерна, порождает бесконечное множество интерпретаций. Для одних это «консервативный реванш» и борьба за суверенитет в культурной политике, для других — гонения на интеллигенцию и почти новый ГУЛАГ. А что же в действительности? Может статься, всё сразу.